
Внешний мир требовательно занимает внимание, оглушает своими заботами-суетой. А за ними оскал приземленности и серость обывательщины.
И блекнет, угасает постепенно мир внутренней жизни, если он хоть какой-либо имелся под таким напором обыденности. И так трудно удержать его красоту, так трудно не угаснуть.
Но благословенны выжившие среди мрака черной эпохи. Но благословенны чистые сердцем, сохранившие его огонь среди угасших и спящих беспробудно сердец.
Наше Благословение над ними.